Опубликована в журнале «Наука. Управление. Образование РФ» №1/2024.
Цифровизация развития креативности школьников в зеркале исследований решения задач шахматистами
Сухоруков Андрей Сергеевич, канд. психологических наук, Фонд «Новое измерение», г.Петрозаводск, suhorand@mail.ru , SPIN-код 1734-5803
Аннотация. Осуществленная в компьютерной системе CREO-DATUM цифровизация развития творческого мышления школьников на основе измерения дивергентности и конвергентности показывает эффективность внедрения творческих задач в педагогическую практику. Исследования мышления шахматистов выявили другой показатель, «фазу ориентировки», которая влияет на первичное целеполагание, избирательность поиска, тип эмоциональной активации. Длительная фаза ориентировки способна существенно сократить дивергентность творческого мышления при увеличении его результативности, но у юных шахматистов эффективность связана с перебором и проверкой гипотез.
Ключевые слова: творческое мышление, дивергентность, шахматы.
Цифровизация развития творческого мышления школьников выполняет сегодня не только роль улучшения средств мониторинга, но становится важным средством привлечения внимания к возможностям развития креативности. Использование компьютерной системы CREO-DATUM [5] при решении творческих задач по химии помогло выявить роль проводимого учителем рефлексивного анализа для повышения показателей творческого мышления у учащихся 9-х классов [10], а также влияние творческих задач на выбор школьниками более активных ролей при решении в парах [4]. Показано, как растут показатели креативного мышления старшеклассников от решения первой творческой задачи к пятой [3], а также как решение четвероклассниками в течение учебного года 1-2 предметно-творческих задач в неделю существенно улучшает как показатели их креативности, так и успеваемость [8]. Выявлено, что конвергентность (проверка выдвинутых идей) является более трудной составляющей для развития творческого мышления школьников начальных классов и средней школы, чем дивергентность (количество выдвигаемых идей) [8]. Использование CREO-DATUM позволяет сформулировать методические рекомендации учителям по подготовке и внедрению инструментов развития творческого мышления в практику школьных уроков [3; 8].
Принципы создания подобного инструмента цифровизации творческого мышления могут развиваться, интересным «зеркалом» для этого могут выступить исследования, проведенные на базе шахмат.
Психологическую роль шахмат для развития ребенка обозначил Я.А.Пономарев, который рассматривал «способность действовать в уме» как ключевой фактор развития мышления и творчества, а в качестве ее идеального примера приводил игру шахматиста вслепую [6]. Создателем наиболее популярной методики развития мышления шахматистов является советский гроссмейстер, методолог шахмат А.Котов [1]. Он рекомендовал выдвигать максимум возможных гипотез (ходов-кандидатов) за себя и за соперника, делая подобную работу на каждом шаге расчета в уме вариантов решения. Хотя потом было доказано, что такая работа чересчур затратна, новые алгоритмы все равно опираются на становление «навыка дивергентности» — на выдвижение нескольких гипотез решения [12].
Шахматы, как интеллектуальное и личностное единоборство, где игрокам нужно постоянно разгадывать и опровергать замыслы друг друга [2], обладают прекрасным потенциалом развития конвергентности мышления. Лучшим примером будет цитата известного гроссмейстера и тренера В.Чехова: «После выхода из дебюта я каждым ходом начинал задавать себе вопрос: «Что хочет противник?». И если я находил угрозу, я первым делом старался ей воспрепятствовать. В начале получалось очень плохо, но потом пошло постепенное улучшение… Я перестал проигрывать» [12, с. 7-8]. Если раньше развитие такого «профилактического мышления» считалось уделом более опытных и сильных шахматистов, то сейчас появляются шахматные задачники по предотвращению угроз для учащихся самых первых лет обучения.
Наиболее глубокие исследования мышления на базе шахмат выполнены в научной школе О.К.Тихомирова [11]. Исследования глазодвигательной активности шахматистов, осязательной активности слепых шахматистов, кожно-гальванической реакции (КГР) помогли систематизировать невербализуемые аспекты процессов мышления. Наряду с фазой проигрывания в уме конкретных ходов (вариантов решения), а также фазой проверки предварительного решения была выявлена еще одна, самая начальная фаза, которая была названа «формирование поисковой потребности». Она проявляется в форме повышенной доли обследования возможностей фигур соперника (угроз), а также проигрывания в уме таких передвижений фигур или обследование таких комплексов полей доски, которые не могут быть достигнуты непосредственно. Ее функция заключается в нахождении тех «желательных изменений» позиции, которые зададут направленность и избирательность последующим поискам.
Процесс решения задач шахматистами протекает не линейно, чередование фаз может создавать несколько циклов, но фаза формирования поисковой потребности оказалась наиболее сильно связанной и с эффективностью процесса мышления, и с различением репродуктивных и творческих действий. Как показали эксперименты, данная фаза гораздо сильнее выражена у кандидатов в мастера и мастеров спорта, чем у третьеразрядников; последние чаще строят поиск на обследовании возможностей своих фигур, чем фигур противника, а у мастеров — наоборот, более выражено обследование возможностей фигур противника [11]. Только у мастеров присутствует и переход активности во внутренний план (интериоризация), что проявляется в глазодвигательной активности в форме особо длительных фиксаций на отдельных элементах. Как резюмирует О.К.Тихомиров, «чем выше мастерство испытуемого, тем больший удельный вес занимают механизмы формирований предвосхищений (критериев выбора, критериев оценки гипотез) по сравнению с поисками средств достижения предвосхищенных результатов» [11, с. 31]. Но особенно значимую роль данная фаза играет для решения именно творческих задач. При анализе КГР было показано, что отличие творческих задач от репродуктивных заключалось в эмоциональной активации, которая была более характерна для первой фазы. Особенно это проявлялось, если у испытуемых активизировалась не внешняя мотивация, а «внутренняя процессуальная» (активность в самоорганизации). В этом случае эмоциональная оценка связывается с общим замыслом решения, а не с результатом отдельных проб [11]. В других экспериментах было выявлено, что в случаях более высокой мотивации («проверки интеллектуальных способностей») и в случаях более неопределенных, многозначных условий задачи испытуемый на первой фазе выдвигает больше промежуточных целей и они более уникальны.
Нами были предпринята экспериментальная попытка исследовать дивергентность репродуктивного и творческого мышления шахматистов в системе более широкого круга показателей [10]. 11 шахматистам (возраст от 12 до 20 лет, от третьего разряда до кмс) предлагалось принимать решение в шахматных позициях, где имелся нестандартный (креативный) ход, существенно менявший ситуацию. Давалось задание «сделать лучший ход», произнося или записывая тот ход, над которым они начали думать, фиксировалось время появления гипотез. В качестве показателей выступали: количество гипотез; появление креативного хода среди гипотез; частота выбора креативного хода; средняя продолжительность первичной «фазы ориентировки» (время до появления первой гипотезы; аналог фазы формирования поисковой потребности); порядковый номер среди гипотез креативного хода. На первом этапе осуществлялся «стартовый замер» основных показателей, получено 53 протокола решения задач. На втором этапе осуществлялись экспериментальные воздействия: в первый день участникам предлагалось «выбрать лучший ход, рассматривая не менее 5 гипотез» (гипотеза о дивергентности), получено 38 протоколов; во второй день половина участников перед решением заполняла анкету «Шахматы в нашей жизни» (гипотеза о мотивационно-смысловых факторах, 20 протоколов), другой половине дополнительных инструкций не давалось (контрольная подгруппа, 20 протоколов).
Получены следующие результаты. На контрольном замере креативный ход появлялся среди гипотез в 37,9% случаев, выбирался он в 54,5% случаев появления. Средняя продолжительность «фазы ориентировки» составила 43 сек., среднее количество гипотез — 3,5; средний порядковый номер появления креативного хода среди гипотез — 2,2; средний порядковый номер появления выбранного хода (не креативного) — 1,8.
Воздействие на дивергентность увеличило появление креативных ходов среди гипотез до 63,2%, его средний порядковый номер среди гипотез — 2,6; выбор креативного хода произошел в 70,1%. Средняя «фаза ориентировки» составила 33,2 сек., средний порядковый номер появления выбранного хода (не креативного) — 3,0. Увеличение количества гипотез привело к увеличению нахождения и выбора креативного хода, однако произошло это не благодаря «инсайтам» на пятой-шестой гипотезах (хотя сдвиг выбора к более поздним гипотезам наблюдается), а по причине, вероятно, установки на ведение более широкого поиска.
В подгруппе с «мотивационно-смысловым воздействием», по сравнению с аналогичной контрольной подгруппой, оказалось более высоким среднее количество гипотез (4,35 против 2,4), но существенно укоротилась «фаза ориентировки» (15 сек. против 57 сек.). Креативный ход появлялся в 50% случаях (в контрольной подгруппе — в 45%), из них выбирался он в 60%.
Отдельно была сравнена «фаза ориентировки» в случаях появления креативного хода среди гипотез (64 протокола) и в случаях не обнаружения его (67 протоколов). Разница оказалась огромной: в первом случае она составила 25 сек., во втором — 4 мин. 44 сек. Для интерпретации можно прибегнуть к объяснению О.К.Тихомирова, что у более юных игроков поиск решения эффективнее происходит через проверку конкретных возможностей, чем через первичное вычленение особенностей позиции и ее желательных изменений. В то же время, механизм рефлексии может способствовать возвращению к ориентировке после проверки гипотезы.
Можно сделать выводы, что увеличение дивергентности при решении творческих задач шахматистами приводит к увеличению обнаружения и выбора креативного хода; оно может происходить и благодаря воздействию мотивационно-смысловых факторов. Однако также видится важным включение в «программу цифровизации» показателей, отражающих обследование условий задачи и рефлексии опыта ее решения. Если же говорить о становлении у школьников стратегии жизнетворчества, то перспективна фиксация проявлений и мотивационно-смысловых факторов [7; 9].
Список литературы
1. Котов А.А. Как стать гроссмейстером / под ред. Б.А.Злотника. – М.: Физкультура и спорт, 1985. – 240 с.
2. Крогиус Н.В. Психология шахматного творчества. – М.: Физкультура и спорт, 1981. – 183 с.
3. Мишина И.Б., Оржековский П.А., Степанов С.Ю. Цифровизация креативного мышления при выполнении обучающимися кратких заданий по химии // Цифровизация динамики развития мышления школьников в учебной деятельности : монография / [П.А.Оржековский, С.Ю.Степанов, Т.А.Боровских и др.] ; под ред П.А.Оржековского и С.Ю.Степанова. – Москва : МПГУ, 2022. – С. 160-166.
4. Оржековский П.А., Лавров А.П., Шойтова В.С., Степанов С.Ю. Опыт цифровизации креативных мыслительных действий при решении обучающимися экспериментальных творческих задач по химии // Цифровизация динамики развития мышления школьников в учебной деятельности : монография / [П.А.Оржековский, С.Ю.Степанов, Т.А.Боровских и др.] ; под ред П.А.Оржековского и С.Ю.Степанова. – Москва : МПГУ, 2022. – С. 178-186.
5. Оржековский П.А., Степанов С.Ю. Роль искусственного интеллекта и системы CREO-DATUM в цифровизации естественно-научного образования и креативного мышления школьников // Цифровизация динамики развития мышления школьников в учебной деятельности : монография / [П.А.Оржековский, С.Ю.Степанов, Т.А.Боровских и др.] ; под ред П.А.Оржековского и С.Ю.Степанова. – Москва : МПГУ, 2022. – С. 202-206.
6. Пономарев Я.А. Перспективы развития психологии творчества // Психология творчества: школа Я.А.Пономарева / под ред. Д.В. Ушакова — М.: Изд-во «Институт психологии РАН», 2006. - С. 145-276.
7. Степанов С.Ю. К построению теории и практики психологии бессмертия: рефлексивно-экзистенциальный подход // Вопросы психологии, Т.68. №3/2022. – С. 3-15.
8. Степанов С.Ю., Лукьянова И.Н. Предпосылки цифровизации развития репродуктивного и творческого мышления младших школьников // Цифровизация динамики развития мышления школьников в учебной деятельности : монография / [П.А.Оржековский, С.Ю.Степанов, Т.А.Боровских и др.] ; под ред П.А.Оржековского и С.Ю.Степанова. – Москва : МПГУ, 2022. – С. 119-159
9. Сухоруков А.С., Лунина Е.Н., Васкелайнен В.Я. Эра креативности. – [б.м.]: Издательские решения, 2021. – 140 с.
10. Сухоруков А.С. Исследование дивергентности как фактора творческого мышления шахматистов // Творчество в современном мире: человек, общество, технологии: Материалы Всероссийской научной конференции, посвященной 100-летию со дня рождения Я.А. Пономарева, Институт психологии РАН, 26–27 сентября 2020 г. / Под общ. ред. Ушакова Д.В., Владимирова И.Ю., Медынцева А.А. [Электронный ресурс]. Электрон. дан. (1,3 Мб). — М.: Институт психологии РАН, 2020. — doi: 10.38098/conf.2020.29.91.001 – С.165-166.
11. Тихомиров О.К. Психология мышления : Учебное пособие. М.: Изд-во Моск. ун-та, 1984. – 282 с.
12. Чехов В., Комляков В. Программа подготовки шахматистов 1 разряда — кандидатов в мастера спорта. – М.: «Можайский полиграфкомбинат», 2009. – 304 с.